Ушел из жизни человек, вызволивший из земли крепость Ям

Без имени-1

16 октября на 92-м году жизни в Петербурге умер выдающийся археолог, доктор исторических наук, профессор, заслуженный деятель науки России, заведующий отделом славяно-финской археологии ИИМК РАН, почетный гражданин Ленинградской области Анатолий Николаевич Кирпичников – первый и единственный, кто продолжительно занимался раскопками крепости Яма с момента ее полного уничтожения и рассказавший миру об этой забытой каменной твердыне. 

«Блокада забрала не только детство – но и любимую маму»

А. Н. Кирпичников был одним из столпов отечественной археологии, а в нашем городе его считали своим. Он – автор более 450 научных трудов, в том числе 16 монографий, всемирно признанный ученый. Известие о его смерти ошеломило многих, словно прощались с целой эпохой. Хотя все понимали – возраст, продолжительная болезнь… Губернатор Ленинградской области А. Ю. Дрозденко выразил соболезнование в связи с кончиной археолога, крупного исследователя Древней Руси, почетного жителя региона. В нем говорится: «Смерть Анатолия Николаевича Кирпичникова стала огромной утратой для археологической науки, всей Ленинградской области и Старой Ладоги, которой он вернул ее подлинное историческое значение. Видный ученый, он оставил о себе добрую память: упорный, трудолюбивый, преданный своему делу – его отличали большой профессионализм, смелость мысли, творческий, неформальный подход к делу.

На счету Анатолия Николаевича множество важнейших научных открытий в области истории, культуры, военного дела, фортификации и архитектуры Руси, которые он сделал всеобщим достоянием.

Благодаря его исследованиям мир узнал о древнейшем поселении, где Рюрик основал русское государство. Выражаю глубокие и искренние соболезнования родным и близким Анатолия Николаевича. Добрая память о нем навсегда сохранится в сердцах всех, кто знал и искренне уважал этого замечательного человека».

Анатолий родился в Ленинграде 25 июня 1929 года в семье петербургского инженера-строителя Николая Васильевича Кирпичникова и врача Марии Ивановны. Мальчиком пережил Великую Отечественную войну и блокаду Ленинграда. В июле 1943-го его мама, работавшая врачом на военном заводе № 181 на Выборгской стороне, погибла при артобстреле. “В день смерти мамы для меня началась другая жизнь, – вспоминал Анатолий Николаевич. – Окончились юность и отрочество. На Богословском кладбище на ее могиле стоит памятник с надписью «Она погибла, но спасла сына и его отца». Как знать, может, не дожитые мамой годы Господь передал мне?.. Твердость и непоколебимость. Все это пришло в характер слишком рано. Блокада забрала не только детство – но и любимую маму. Для меня это был такой удар, который изменил все течение моей прежней жизни. А мне было 12 лет…”.

Школу Анатолий закончил в 1948 году. Парня тянуло к древней истории, хотел стать ученым. Всю жизнь он учился, боролся за каждую свою цель. Поступая на истфак Ленинградского университета, он еще не знал, кем стать. Археолог М. А. Тихонова посоветовала: «Вы не спешите. Искусствоведы – болтуны. А вот мужчина-археолог – это нормально. К тому же профессия эта явно мужская».

Научным руководителем студента Кирпичникова стал профессор, доктор исторических наук, историк архитектуры, археолог М. К. Каргер. Анатолий принимал участие в археологических экспедициях Каргера в Киеве, Переяславле-Хмельницком, Галиче, Владимире Волынском, Полоцке и многих других древних русских городах. В 1953 году он защитил дипломную работу «Древний Белгород (Киевский)» и с отличием окончил университет. Первым местом работы выпускника-археолога стал Артиллерийский музей (ныне Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи). «В музее был такой эпизод, – рассказывал Анатолий Николаевич. – Я столкнулся с тем, что целиком исчезла целая область доогнестрельной истории артиллерии – камнеметы. По старинным рисункам удалось их реконструировать. Теперь в экспозиции музея есть несколько достоверно восстановленных моделей. Они были испытаны во дворе музея и точно метали в цель небольшие камни. Дирекция музея распорядилась выставить модель в экспозиции».

В 1955 году он стал аспирантом Ленинградского отделения Института истории материальной культуры – академическим центром археологической науки Ленинграда, где прошел путь от аспиранта до заведующего отделом славяно-финской археологии.

Археологическая Мекка Северо-Запада Руси

Первая научная публикация Анатолия Николаевича вышла в «Советской археологии», а с 1958 года он стал публиковал статьи по теме своего основного научного исследования – средневековое оружие. В 1963 году Кирпичников успешно защитил кандидатскую диссертацию «Русское оружие ближнего боя X-XIII вв.». А в 1975 году – докторскую диссертацию «Военное дело Руси IX-XV вв.». Исследовательский материал, накопленный в течение 150 лет, впервые был изучен, систематизирован и датирован именно его трудами. В процессе изучения оружия А. Н. Кирпичников сделал целый ряд серьезных открытий. Им было открыто и обосновано новое направление в источниковедении – клинковая эпиграфика. Он не только разработал методику выявления мечевых клейм, но и впервые в мировой науке систематизировал огромный объем этих источников из музеев России, Украины, Польши, Финляндии, Швеции, Норвегии. В процессе систематизации ученый выявил десятки ремесленных клейм различного начертания и определил их назначение.

Среди многообразия работ А. Н. Кирпичникова следует особо выделить ряд тем, которые красной нитью проходят сквозь всю его творческую биографию. Самыми главными можно считать его работы по вооружению, военному зодчеству, метательной и огнестрельной артиллерии, комплексу вооружения и военному искусству Руси IX-XV вв.

Кирпичников первым обратил внимание на находки каролингских мечей и сабель с территории Булгар. Он выдвинул идею совместить ее с более широкой программой по изучению Великого Волжского пути. Реализация этого проекта вылилась в проведение семи международных научных конференций с выездными заседаниями во все ключевые города Балтийского региона, зоны Волжского пути и Каспийского бассейна: Стокгольм, Рига, Таллинн, Хельсинки, Петербург, Кострома, Нижний Новгород, Казань, Болгар, Ульяновск, Самара, Саратов, Волгоград, Астрахань, Махачкала, Дербент, Баку, Энзели и Тегеран. Результатом этой огромной работы стало несколько десятков томов материалов исследований, широкое обсуждение проблем истории, археологии, культуры и охраны памятников региона в целом и тема возникновения Казани. Особо следует на этом фоне выделить цикл работ Кирпичникова о Великом Волжском пути.

Со студенческих лет ученый-археолог ежегодно принимает участие, а с 1968 года возглавляет археологические экспедиции, ведущие работы на Северо-Западе России – в Новгороде, Пскове, Порхове, Велье, Острове, Гдове, Копорье, Иван-городе, Орешке (Шлиссельбурге), Кингисеппе на городище крепости Яма, в Выборге, Приозерске (Кореле), в Тиверском городке. Он руководил различными археологическими экспедициями, регулярно ведущими исследования в Ленинградской, Псковской, Новгородской областях.

Важнейшими в экспедиционной деятельности Анатолия Николаевича стали широкомасштабные научные исследования. Результаты раскопок Земляного городища Ладоги привели ученого к убеждению, что именно Ладога в 862 году являлась первой резиденцией Рюрика, ставшего основателем древнерусского княжеского рода и первой на Руси династии. С 1970-х годов Анатолий Николаевич является руководителем Староладожской экспедиции, чьи исследования позволили выяснить не только раннюю дату основания Ладоги и этапы развития этого важнейшего городского центра Руси, но и открыть новые пласты истории Приладожья, показав его роль в становлении Руси и регулярных контактов со странами балтийского и скандинавского региона. Благодаря его многолетним исследованиям Старая Ладога превратилась в археологическую Мекку, известную во всем мире. «Он вывел ее из плена забвения и любил ее так, как искренне любят ребенка», – сказала заведующая Староладожским музеем-заповедником Людмила Губчевская. – Радовался каждой новой находке, мог часами восторженно говорить о любимом «Рюриковом граде», первой столице Древней Руси…».

Забытый Ям вышел из земли

Знакомство профессора Кирпичникова с нашим городом началось неслучайно. С конца 60-х годов он работал по государственной программе изучения северо-западных русских каменных стражей: делал раскопки в крепостях Орешек, Корела, Копорье, Ивангород, Изборск, Порхов, а в 1971 году дошла очередь до Ямы. Об этой крепости было известно меньше других, поскольку она не сохранилась, ушла, словно провалилась под землю. Никто из археологов толком не знал, как она даже выглядела. Полагали, что это был небольшой четырехбашенный замок на высоком берегу Луги. Но произошла редкая археологическая удача: из военного архива Стокгольма удалось получить чертежи некоторых крепостей Северо-Западной Руси, сделанных шведскими фортификаторами в XVII веке, так как в течение этого столетия Ингерманландия была оккупирована Швецией. Как показали чертежи Ямы, по своим размерам крепость была гораздо больше, чем считали историки. Четырехбашенный замок – это цитадель мощной каменной крепости, имевшей девять башен и внешние стены толщиной три с половиной метра. Дальнейшие раскопки это подтвердили, открыв новую страницу русской средневековой фортификации.

– Если поднять верхний слой земли Летнего сада, можно раскрыть все основание Ямгородской крепости, – рассказывал А. Кирпичников. – Как крепость ни уничтожали, не взрывали, не разбирали, основание уцелело: везде, в том числе под земляными бастионами, сохранились каменные стены, башни XVI века и более раннего времени.

Замок – это первая каменная новгородская крепость. Остальная, значительно большая, часть – крепость Московского государства, построенная уже с расчетом на применение артиллерии. Появление пушек произвело в развитии фортификации революцию. Было заложено девять раскопов суммарной площадью около 960 кв. метров. Они показали, что стены и башни сохранились хорошо. При раскопках в северной, прибрежной части крепости были обнаружены остатки православного храма – одного из первых сооружений внутри крепости. Стены его открылись на глубине 0,6-0,9 метра.

– Теперь Яма на высоком федеральном статусе, подчеркнул А. Н. Кирпичников. – Но что дальше делать с этим крепостным наследием? Я занимался раскопками всего год и понял, что крепость раскрыла перед нами далеко не все тайны – это впереди. Стены наружного кольца составляют толщину до 3,5 метров, и они достаточно хорошо сохранились под землей. Раскопали мы и церковь Архангела Михаила – каменное однокупольное здание с апсидой – алтарной частью и четырьмя колоннами, прекрасно сохранился каменный пол из плитняка. Мы накрыли церковь бревнами и засыпали 20 сантиметров земли. Оставлять открытой старую кладку было нельзя, иначе в течение полугода-года она рассыпается.

Сегодня остатки крепости накрывает метровый слой почвы, обращаться с этим наследием, как подчеркнул Кирпичников, следует очень бережно. Он сделал реконструкцию крепости Яма, разумеется, с условностями, ибо «крона» крепости до нас не дошла. Но ее можно приподнять из-под земли на белый свет. Археолог предложил открыть и законсервировать фрагменты стен и пару башен, надстроив их приблизительно на метр. Можно выложить по контуру крепостные стены и храм белым камнем, а на месте алтаря поставить крест, дабы у посетителей сложилось пространственное впечатление о крепости. Для полной реконструкции потребуются очень большие средства, может быть, это дело будущего. Оно осложняется тем обстоятельством, что построенное шоссе – начало проспекта К. Маркса – перерезает замковую часть крепости надвое, проходя по одной из башен, а крайняя большая круглая башня оказывается на другой стороне дороги, у моста. Нарушился ансамбль крепости. Кстати, он считал, что Кингисеппу следует вернуть историческое имя – Ямбург.

– Городище крепости – Летний сад входит в охранную зону, то там ничего засыпать нельзя, так как рельеф будет поврежден, – сказал А. Кирпичников. – Я как председатель комиссии по культурному и духовному наследию Общественной палаты Ленинградской области со своей стороны тоже могу поспособствовать защите Ямгородской крепости.

Последний путь

Анатолий Николаевич посвятил науке более 50 лет, изучал историю, культуру, военное дело, фортификацию и архитектуру Руси, Старой Ладоги, других крепостей, включая Яму. В течение 10 лет он убеждал власть в историческом значении Старой Ладоги. С целью спасения древнего города от варварства (здесь хотели сделать скотный двор и фермы). Ученый направил усилия на открытие там музея-заповедника, они в 1984 году увенчались успехом. Древний город был спасен. С тех пор А. Н. Кирпичников возглавляет раскопки в Старой Ладоге, по тому поводу он позже встречался с Президентом России В. В. Путиным.

В общении Анатолий Николаевич был очень простым, часто звонил, предлагал темы, сюжеты, приглашал в поездки, от которых, конечно, грех было отказываться… Он жил на углу улицы Карпинского и проспекта Науки. Упорство – едва ли не главная его черта. Об этом рассказывали его друзья. – Очень легко сказать, что он сложный. Сказать так – значит, не сказать ничего. Это человек, который добивается своей цели.

Церемония прощания с А. Н. Кирпичниковым прошла в Смольном соборе Петербурга 21 октября. После этого гроб с телом археолога доставили в Старую Ладогу, где предали земле.

Читать свежий номер газеты “Восточный берег”